Все подробности зеркало казино на нашем сайте.

Три способа бытия в философии К. Ясперса: мир, экзистенция, трансценденция(Апполонова Ю.С.)

Год:

Выпуск:

Рубрика:

Апполонова Ю.С.

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Алтайский государственный университет». Адрес: 656049, Россия. г. Барнаул. пр-т Ленина, 61а

Аспирант I курса по направлению «Философия, этика и религиоведение»

Реферат. В данной статье представлен краткий анализ трёх способов бытия, которые выделяет в своей философии Карл Ясперс: мир, экзистенция, трансценденция. Автор статьи главным образом опирается на текст трёхтомной работы «Философия» (1932), которая была впервые опубликована на русском языке сравнительно недавно - в 2012 году; книга первая - «Философское ориентирование в мире», книга вторая - «Просветление экзистенции» и книга третья - «Метафизика». В статье выделяются основные характеристики указанных способов бытия, показывается их взаимосвязь и взаимодополняемость, а также принципиальная невозможность познания данных способов бытия с помощью разума. Также автор данной статьи указывает на актуальность идей К. Ясперса при анализе причин, способствующих познавательному интересу человека по отношению к миру, не с точки зрения получения выгоды или пользы, но в смысле поиска оснований подлинности своего бытия как фундаментального запроса человека, оказавшегося в пограничной ситуации.

Ключевые слова: экзистенциализм, экзистенция, трансценденция, мир, Карл Ясперс, метафизика, религиозная философия

 

Three Ways to Exist in the Philosophy of K. Jaspers: World, Existence, and Transcendence

Appolonova Y.S.

Federal State Educational Institution of Higher Professional Education "Altai

State University". Address: 656049, Russia. Barnaul. Lenin Ave, 61a

Graduate student of  I course in "Philosophy, ethics and religion"

 

Abstract. This article briefly analyzes three ways to exist as Karl Jaspers specified it in his philosophical works: World, Existence, and Transcendence. Basically, we discuss his three-volume book The Philosophy (1932) recently first published in Russian (in 2012): book one The Philosophical Orientation in the World, book two The Enlightening Existence, and book three The Metaphysics. The article specifies some of the basic characteristics of ways to exist, it demonstrates how they connect and complement to each other, and why it is fundamentally impossible to understand these ways by rational means. Additionally, in this article the author points out why the ideas of Jaspers are important when we are to analyze the reasons for our cognitive interest to the world as it is regarded not for profit and use only, but rather as a search of foudations for authenticity of our existence that is considered to be the basic human demand in a borderline situation.

Keywords: Existentialism, human existing, Transcendence, World, Karl Jaspers, Metaphysics, religious philosophy

В начале 30-х годов XX в. вышла в свет трёхтомная работа К. Ясперса «Философия». Мыслитель работал над ней более 10 лет и считал основным своим произведением. В трёх книгах: «Философское ориентирование в мире», «Просветление экзистенции» и «Метафизика» автором предпринята попытка систематизировать все те идеи, которые составляли ядро его экзистенциального философствования. На русском языке «Философия» впервые была опубликована в 2012 году. В этих книгах К. Ясперс ставит и анализирует основные философские проблемы, интересующие не только его, но и характерные для всей экзистенциальной философии в целом. Далее мы посвятим страницы нашей работы осмыслению данных проблем.

Что может быть очевиднее моего существования в мире? В этом вопросе каждое слово есть для меня неопровержимый факт, удостоверяемый не только мной, но и другими. Я знаю, что я есть, я знаю, что я существую, я знаю, что существую в мире. Я фиксирую своё присутствие в пространстве и времени, я фиксирую его, подвергаясь влиянию мира и каждый раз сам влияя на него. К. Ясперс с первых страниц работы «Философское ориентирование в мире» обращается к ситуации в мире, в которой находится человек, как к самому очевидному. Эта ситуация есть допущение изначального присутствия человека в мире, где всё ему знакомо, любая вещь, входящая в пространство человека – привычна, он знает, как о ней нужно спрашивать, и как с ней нужно обращаться, в принципе, используя хайдеггеровский термин – подручность, можно сказать о том, что человек обнаруживает себя в мире как подручности. Философ пишет: «Пробуждаясь к сознанию себя самого, я вижу себя в мире, в котором я ориентируюсь; я брал в руки вещи и снова выпускал их из рук; всё было самоочевидно без вопросов и чисто наличие. Но теперь, удивляясь, я спрашиваю, что же, собственно говоря, есть; ибо абсолютно всё преходяще; я не был в начале и не буду в конце. Даже между началом и концом я спрашиваю о начале и конце» [11, с. 22]. Пребывая в поле известности, человек, тем не менее, ощущает свою подвешенность в мире, неустойчивость. Ситуация провоцирует в человеке вопросы. Что есть мир, что есть бытие, что есть я? – это вопросы, порождаемые страхом и тревогой, вопросы, которые гонят человека в путь искать опору, твёрдость, укоренённость. Иначе, можно сказать, что человек ищет гарантий в мире, которые бы сняли с него экзистенциальную озабоченность за своё бытие. Такая озабоченность провоцируется в том числе тем, что человек становится свидетелем  временности окружающего его мира, до тех пор пока сам не потерпит крах, он видит крах всего остального, он видит и знает, что рано или поздно всё живое ждёт смерть, всё живое и не-живое суть не-прочность. И конечно, каждый раз, человек тревожится, оказываясь в пограничной ситуации как ситуации надлома и риска. «В пограничных ситуациях обнаруживается всё то, что для нас положительно, связано с необходимо сопровождающим его отрицательным. Не существует добра без какого-либо возможного или действительного зла, истины без ложности, жизни - без смерти; счастье сопряжено с болью, осуществление - с риском и утратой» [13, с. 274].

Однако отмечает философ, вместо того, чтобы со всей ответственностью и решимостью искать ответ на вопрос о бытии и своих истоках, чтобы пусть и без каких-либо гарантий проникать во мрак не-знания и не-бытия, человек ограничивается знанием о сущем. Тут мы должны сказать о том, что, равно как и «Бытие и время» М. Хайдеггера, работа К. Ясперса «Философское ориентирование в мире» начинается с вопроса о бытии. Известно, что оба философа в определённой степени в разные периоды своего творчества влияли друг на друга, они были знакомы с 1920 года, их дружбе посвящены некоторые работы, переведены их письма, однако, что будет показано и в нашем исследовании, пути мыслителей разошлись и в жизни, и в философии.

Итак, задавая вопрос о бытии К. Ясперс, с медицинской точностью (мыслитель начинал свою деятельность как психиатр, был выпускником медицинского факультета) анализирует данное понятие и отмечает его проявленность в различных формах онтологической выразительности.

Выше мы уже отметили, что вопрос о бытии задаётся человеком из ситуации в мире. Что такое мир? Мир обнаруживается как иное мне, я могу противопоставить себя миру. Мир дан мне изначально и непосредственно, я обнаруживаю себя в нём как случившейся готовности. Такой мир есть для меня объективная действительность, меня невозможно фиксировать отдельно от неё. Однако благодаря тому, что я могу видеть дистанцию между собой и миром, я как бы удваиваю мир, в одном случае он будет дан мне как объективная действительность, а в другом случае я буду говорить о «моём» мире с точки зрения субъективного существования.  Говоря «мир», – писал философ, – «я необходимо должен подразумевать два значения, которые при всём разделении остаются всё же связанными друг с другом в силу движения: или мир, как целокупность иного, который доступен изучению как единый и общезначимый мир; или же - существование, которое как бытие-Я, находит себя в своём мире, т.е. в своём не-Я, и которое, как всякий раз определённое целое, есть мир как мой мир» [11, с. 85]. Однако К. Ясперс заключает, что мировое бытие в своей подлинности не сводится ни к одному из данных значений. Мир остаётся для человека непостижимым в своей целости, и не может быть определён границами каких-либо строгих систем и понятий. Мир должен приниматься человеком как ситуация (как хайдеггеровский экзистенциал – бытие-в-мире), и возможность осуществления себя в мире через действование. К. Ясперс говорит об этом как исполнении присутствия существования человека.

Говоря о мире как объективной действительности, мы фиксируем его не иначе как предметность, а все его части, которые усилием мысли сливаем в единый образ есть для нас как бытие-объектом, – это представленность чего-либо в принципиальной возможности познавания. Любая вещь, которая фиксируется мной в мире, имеет этот способ бытия. Он может быть схвачен, он может быть покорён силой моего разума, который способен спрашивать об этом бытии. В «Философской вере» мыслитель отмечал, что мир как целое есть идея, а не предмет, и то, что мы познаём в мире никогда не есть сам мир. Подтверждением данной идеи может служить классификация наук. Деля мир на определённые зоны влияния, каждая из них существует в пределах определённых границ, держа в уме идею о мире в целом, остальные части которого познают другие науки.

Мир как предстоящий мне, как очевидный, я постигаю, расщепляя его каждый раз на несколько миров в зависимости от моих целей и задач. Отношение человека к миру укладывается в понятия: «применение» (Verwenden), «потребление» (Verbrauchen), «пользование» (Geniessen).

Несмотря на то, что мир как целое непостижим для познающего знания, в разное время он представляется познанным в своём единстве в различных картинах мира. Такой мир обретает определённый модус, он есть мирской мир, когда человек пленён миром, хотя думает, что сам покоряет его: «Мирское приковывает его к жажде жизни и заботе о существовании, к продолжительности, которую, как таковую, он считает бытием. Он забывает о бренности или при виде её впадает в отчаяние от бессмысленности; он пленён этим миром, и оттого мир теряет для него свою прозрачность; он желает мира, и оттого мир становится для него тупым и лишается блеска. И всё же мир может стать миром как явлением экзистенции, взирающей в нём к трансценденции, если мир, открываясь как незавершённый в себе и не существующий из самого себя, и есть тогда в своей временности и в крушении всего - язык для понимающего себя в мире подлинного бытия». [11, с. 107].

У ориентирования в мире есть границы – пределы, и стоит преодолеть одну границу, как тут же появляется новая – ориентирование в мире является не завершаемым процессом. Всё не может быть рассмотрено нами как бытие-объектом, таковыми не могут быть ни сам мир в целом, ни человек в частности. «Не существует никакой познавательно-плодотворной всеобъемлющей теории мира вообще» [11, с. 132] И далее: «Для ориентирования в мире мир остаётся множественным и незамкнутым в себе» [11, с. 140]. Претензия человека и человечества на все-познаваемость сделала так, что в поле зрения учёных, исследователей, да и людей вообще начали попадать только те вещи и события, которые удовлетворяли требованиям общепризнанного и объективного, что могло укреплять идею понятного целого связного мира. Однако, можно сказать, что прямо под носом человека находилась самая большая загадка, которая вместе с тем не была таковой в силу своей очевидности - сам человек. Человек – одна из самых масштабных и непреодолимых границ ориентирования в мире.

Что произойдёт, если под вопрос будет поставлен тот, кто сам обладает властью спрашивать? Спрашивающий фиксируется как бытие-Я. Бытие-объектом и бытие-Я – отмечает философ – есть два различных способа бытия: «В бытии-Я остается одна точка, где Я как объект и Я как субъект, несмотря на раскол, суть одно» [11, с. 25]. К. Ясперс вслед за предшествующими экзистенциальными философами говорит о принципиальной невозможности ставить вопрос о человеке как о любом другом предмете в мире. Бытие человека и бытие предмета отличает то, что лишь первый может спрашивать о своём собственном бытии и утверждать его, говоря: я есмь. Человек не есть замкнутая устойчивая структура, наше знание о бытии-Я как объекте будет формироваться лишь из того, какова степень явленности Я, в то время как слитость явленного и бытия-в-себе будет для нас недосягаема. «Бытие как Бытие-Я столь же непосредственно достоверно, сколь непостижимо, и познаётся оно лишь постольку, поскольку оно, становясь объектом в качестве эмпирического существования, уже не есть более подлинное Я. Бытие как в-себе-бытие для познания недоступно и как логически необходимое пограничное понятие есть оспаривание всего того, что я знаю как объект; ибо, если бы некоторое бытие-объектом должно было быть принято за подлинное бытие в смысле абсолюта, оно сразу же релятивирует его, низводя до значения явления». [11, с. 26]. То, что наше знание о Другом всегда неполно, К. Ясперс с неизбежностью обнаруживал в своей врачебной практике, говоря о том, что, представляя человека как некую изначальную целостность, мы не можем допускать его объективации. Философ отмечал, что в предшествующей философии и науке человек выступал в роли познающего субъекта, и каждый раз сам подпадая под вопрос, становился объектом, как и любая другая вещь, он делал с самим собой то же самое, что и с любым другим предметом исследования, используя часто те же подходы и методы. В поисках знания о себе «Я» могло успокоиться на удобном, необходимом и самом очевидном. Действительно, «Я» не может быть неустойчивым, так как в противном случае оно не сможет реализовывать свои амбиции в познании и покорении мира, в себе не должно быть никаких сомнений, иначе под вопрос будет попадать и истина, и критерии истинности, представления о долге, добре и так далее – всё, что создаёт человек, и что удерживает его мирское существование. Вместе с тем, мы должны сразу отметить тот факт, что немецкий мыслитель не является ярым противником науки и радикальным антисциентистом, К. Ясперс не умаляет роли разума и не осуществляет призывов к упразднению научных институтов. В этом смысле идеи того же С. Кьеркегора были куда более радикальными. К. Ясперс больше говорит о том, что сфера влияния науки и разума должна простираться не так далеко, как есть, ибо многое, что выкидывается, отбраковывается в статусе выходящего за рамки, исключительного, сверх-нормы, – достойно нашего внимания и просветления, несмотря на то, что для этих явлений нет, например, научной области знания. Если человека, мир и трансценденцию (мы немного забегаем вперёд, вводя данное понятие) нельзя сделать объектами и опредметить, найти их эмпирическое подтверждение в мире (во всяком случае так полагают многие), – это не значит, что их нет.

Философ отмечает, что Бытие-Я имеет такие проявления как: эмпирическое существование, сознание вообще и возможную экзистенцию. Стоит только задать вопрос о том, что Я есть, как сразу начнут обнаруживаться различные формы явленности меня самому себе. Во-первых, тело, прежде всего я обнаруживаю себя как телесность, в качестве эмпирического существования. Во-вторых, сознание. Здесь стоит сразу сказать о том, что К. Ясперс совершенно чётко говорит об интенциональности сознания, возможности его быть всегда направленным не только вне, но и внутрь. Между тем мы можем говорить не только об индивидуальном сознании, чаще всего К. Ясперс использует термин – «сознание вообще». Что это значит? Сознание вообще - «это место всего понятного, общепринятого, предметного. «Сознание вообще» в противоположность индивидуальному, единичному сознанию позволяет нам воспринимать и чувствовать бытие идентичным образом, потому оно есть обиталище вневременных, абстрактных, универсальных истин. Для «сознания вообще» истина есть функция рациональных проверок и методов. Истина универсальна и принудительна для всех». [2, с. 187]

И ещё одно обнаружение «Я» есть возможность свободы знания и действования: «я есмь «возможная экзистенция». [11, с. 35]». Может показаться, что к вопросу об экзистенции философ идёт окольными путями, на самом деле – это есть последовательное разворачивание проблемы. Возможная экзистенция – это движение к в-себе-бытию, проходящее между бытие-Я и бытие-объектом. Экзистенция – это исток (источник), это то, что никогда не может стать предметом или объектом для познающего, для того, кто задаёт вопрос о себе: «экзистенция есть то, что относится к себе самому, а в этом – к своей трансценденции (Existenz ist, was sich zu sich selbst und darin zu seiner Transendenz verhalt)» [11, с. 36]. Экзистенция невыразима как понятие, которое могло бы иметь подтверждение в предметности, оно лишь одно из обозначений бытия. «Быть значит – изначально принимать решение быть. Правда, для своего самонаблюдения я есмь так, как я уже есмь: хотя я индивидуум, я – частный случай всеобщего, подчиненный закону причинности или следующий действительному требованию объективно зафиксированного веления долга. Но там, где я есмь исток себя самого, там ещё не все решено по всеобщим законам и в основании. Я не только не знаю, в силу бесконечности условий, каким бы оно могло быть как решённое, но на совершенно ином уровне я ещё и сам решаю, что оно есть». [11, с. 37].

Да, человек принадлежит миру как существо, обладающее определёнными характеристиками и потребностями, но они не есть всё наше знание о человеке и не есть человек как таковой. Поэтому ни одна из наук, предметом исследования которой является человек, не может претендовать на истинное и полное знание о нём. Ни как результат научного знания, ни как проявленность в форме тела, сознания вообще или духа, человек не достигает цельности.

Итак, я нахожусь в конкретной ситуации в мире, эта ситуация для меня очевидна в своём обнаружении. Я фиксирую своё отличие от мира как предметности, явленного в множественности бытия-объектом. Я обладаю сознанием, которое изначально может быть направлено не только вне меня, но и на меня самого. Я не могу работать с готовыми схемами и законами, с методами, с которыми подхожу к бытию-объектом, когда сам подпадаю под вопрос, так как целое знание всегда будет ускользать от меня. Я могу схватывать себя в разности с другими людьми, с предметами, но этого всегда будет недостаточно, всё это будет лишь тенью, которая будет заслонять от меня источник света, благодаря которому эта тень вообще возможна. Я есмь только как возможная экзистенция, фундамент которой есть свобода, это исток (Unsprung), это и есть источник света моего бытия. Вырастая из вечности, я в действительном и очевидном как историчном могу принять решение в её (вечности) пользу из настоящего момента. Объективное бытие и экзистенция несравнимы, по мнению философа. Первое – это механизм, это то, что дано, в чём нет свободы, что не есть подлинное бытие. Экзистенция же – это свобода, это прорыв к вечности, даже несмотря на неминуемое исчезновение в условии историчности. «Если смотреть с позиции мира (Von der Welt her gesehen), всякое явление экзистенции есть лишь бытие объектом; с этой точки зрения сознание есть Я, но не экзистенция; здесь даже невозможно понять, что подразумевается под словом «экзистенция». С точки зрения экзистенции всё её собственное бытие есть всё же лишь как явление в существовании, и существование, которое не есть явление экзистенции, не есть в подлинном смысле самость (Selbst), есть отброс (Abfall). Дело выглядит так, словно всё это существование должно было бы изначально быть экзистенцией, и словно бы всё то, что есть в нём только существование, можно было бы понять как опустошение, пленение (Verstrickung), утрата экзистенции». [11, с. 40]. В принципе мы говорим о том, что К. Ясперс выводит вопрос о бытии из сферы онтологии (в классическом понимании) в сферу человеческого существования, как основы всякого разговора о бытии. Это же делал М. Хайдеггер, однако, нам думается, что в его случае вопрос о конкретном бытии остался безличным, упущенным, мы это отмечали в других наших работах. В философствовании К. Ясперса вопрос о бытии – это живой вопрос, это вопрос кого-то определённого, это всегда чьё-то вопрошание и в этом смысле акцент равно ставится и на то, что о бытии вопрошают, и на то, что это делает кто-то конкретный. Онтология, отмечал философ, предстающая как учение о бытии, ограничивается тем, что приближает к нашему сознанию лишь способы бытия, но всё дальше уводит нас от единого. И поэтому она может лишь указать нам маршрут к нему, как бы попутно расчищая дорогу. «Подлинное бытие, которого в смысле того, что знают, найти нельзя, следует искать в его трансценденции, в отношение к которой каждый раз вступает не сознание вообще, но только экзистенция.» [11, с. 45].

К. Ясперс называет три имени бытия, которые могут позволить нам охватить бытие как «всё», как единое: мир, экзистенция и трансценденция. Безусловно, до этого мы выделяли и другие виды бытия, но нужно оговориться, что в данном случае речь идёт об установлении подлинности бытия, поэтому здесь не могут быть использованы другие категории, как например, бытие-объектом, которое суть обозначение включённого в трактовку изначального – не-глубинного поиска, но безусловно, не менее важного.

На предыдущих страницах мы более подробно осветили понимание мира и экзистенции, но мало уделили внимания трансценденции, однако же подразумевали её в некоторых моментах. В «Философской вере» мыслитель писал, что трансценденция - это бытие, которое никогда не станет миром, но которое может быть обнаружено через бытие в мире, так как указывает в нём за свои собственные пределы. В отношении к миру человек есть граница, исток и проводник. Я окружён не не-бытием и не ничто, но вечностью, я погружён в неё. Я есть как явленное миру в своём обличии и опыте не из ничто, но из трансценденции. Я есть точка, которая появляется на линии бытия, образованной уже другими точками. Я не запускаю процесс творения в вечности, но продолжаю его из конкретной ситуации. Моя ситуация - назовём её ситуацией обозначения (что-то, да я значу для мира и сам есть знак мира) – есть отпечаток трансценденции, из неё я выхожу в мир и её я забываю, падая в него, паря в нём. Человек подарен себе трансценденцией - отмечал философ. В «Метафизике» К. Ясперс писал, что трансценденция также, как и экзистенция, не может быть исследована с точки зрения познающего разума, ибо нигде не дана нам в мире как опредмеченность. Бытие трансценденции в своей чистоте и подлинности доступно лишь для возможной экзистенции, в тот момент, когда она скользит по границе между эмпирической действительностью, объективно данной, и тем, что выходит за её пределы. Трансценденция намекает нам о себе и всякий раз, когда мы оказываемся в пограничных ситуациях. «Мы, поскольку мы есмы в существовании возможная экзистенция, замечаем повсюду в действительном нечто такое, что как эмпирически констатированное уже не есть более то, как что мы его узнали в опыте. Это некоторая действительность как граница эмпирической действительности, постижимая лишь как такая граница, но неисследимая, потому что выходящая за пределы этой действительности» [13, с. 11].  Вместе с тем отмечает философ, трансценденция – это не наше представление о каком-то ином потустороннем мире. Такое представление иллюзорно и обманчиво, равно как и в условиях позитивизма, который мог бы отрицать её существование или же смириться с ней как некоторой условностью.

Как мы получаем знание о трансценденции? Или лучше сказать: как мы переживаем её присутствие, её потенциальную находимость? Мы говорим – потенциальную, потому что как таковая трансценденция никогда не будет нам явлена. Кстати, в этом и парадокс для познающего разума, и риск для живущего и ищущего – зная, что не встретишь –  приближаться, всё равно идти. Экзистенция как бы заглядывает в глубину предметности и видит там символы как язык трансценденции. Бытие-объектом траснформируется для возможной экзистенции в бытие-символом. Философ отмечал, что мир, в котором мы пребываем, есть аллегория подлинного бытия или символ. «Трансценденция есть то, что каждый день объемлет нас, если мы идём навстречу ей». [13, с. 42.] Уловить трансцендентное пытаются через метафизическую предметность, которую исследуют мифология, богословие и философия. Однако перечисленные формы знания всё-таки далеки от трансценденции: так же, как и любое индивидуальное познающее сознание, трансценденция остаётся непостижимой для них. «Являющаяся таким образом трансценденция остаётся лишённой определений, и однако же, хотя она не познаваема и не мыслима, она присутствует в мышлении в том смысле, что она есть, а не в том смысле, что именно она есть. Об этом бытии ничего нельзя высказать кроме формального тавтологического, неисследимого в его возможном исполнении, суждения: оно есть то, что оно есть». [13, с. 85]

В заключении хотелось бы остановиться ещё на одном пункте, который, кажется, с момента появления первого человека делит людей на два непримиримых лагеря – тех, кто верит в Бога, и тех, кто не верит. К. Ясперс, да и мы тоже, не преследуем цели доказать существование Бога во что бы то ни стало, философ не придерживался рамок какой-либо религии, но между тем К. Ясперс шаг за шагом подводит нас к идее признания существования Бога, именно его он подразумевает, говоря о бытии как трансценденции. «Трансценденция, живо присутствующая только там, где экзистенция в пограничной ситуации обращается к ней из собственного своего истока, может быть всепоглощающим жаром или тишиной, которая ещё говорит нам всё, а затем может показаться, словно её вовсе нет». [13, с. 87]. Говоря о трансценденции как Боге с точки зрения человеческого существования уместно использовать два понятия, которые вводит К. Ясперс – это упрямство и преданность. Первое – есть непримирение с тем, что существование таково, какое оно есть и никакое другое, тотальное сопротивление. Второе – преданность – есть доверие перед непостижимым, это приятие своей ситуации в мире, своего присутствия, своей жизни и решение жить. С этими же понятиями или состояниями неразрывно связаны два процесса – падение в мир, как отпадение от трансценденции или же, наоборот, подъём. «Если пограничные ситуации остаются скрыты от меня, когда я тупо продолжаю жить по привычке, то моя жизнь есть только существование. В слепую душу не входит трансценденция. Но если в пограничных ситуациях исчезает всякая иллюзия, то мы близки к возмущению, которое восстаёт против истока существования. Тогда вопрос в том, найду ли я дорогу обратно к преданности бытию» [13, с. 91]. Всё, что я встречаю в жизни, как бы намекает мне о том, что это не всё. Да, есть предел, но за этим пределом не ничто, но нечто, как трансценденция, как единое бытие, как условие моего бытия в мире. Этот порог я никогда не перешагиваю с кем-то, но всегда сам подбираюсь к нему, в массовом сознании нет места откровению, оно не может стать универсальной истиной для всех, оно есть всегда моё знание, которое, кстати, в результате откровения может быть опредмечено мной особым образом, но тут же растает, этот опыт я не могу хранить постоянно, словно каждый раз мне снова и снова нужно проявлять свою преданность, просто веря. Я просветляю себя как исток, укоренённый в том, в чём нет твёрдости, что не держит меня. «Что есть Бог, – этого я никогда не познаю; я удостоверяюсь в нём через то, что я есмь сам»[13, с. 154] Я прихожу из вечности, пребываю с трансцендентным, и ухожу в вечность, но я не отказываюсь от жизни в  мире, ибо моё присутствие – всё, что мне дано, дано как шифр трансцендентного, я всюду ловлю его знаки, читаю символы и каждый раз приближаюсь к нему, но никогда не достигаю, вместе с тем, именно трансцендентное может дать мне силы, даря мысль о том, что в этой жизни есть нечто большее, чем я сам, но к чему я имею непосредственное отношение. Эта мысль даже способна помочь мне пережить осознание любого краха, в том числе смерть тех, кого я люблю и отчаяние перед ничтожностью человеческой жизни. «Этот Бог может научить меня сносить мою смертность благодаря сознанию Его бытия». [13, с. 157].

Итак, К. Ясперс в поисках подлинности человеческого бытия исходит из идеи о том, что человеческое существование не может быть рассмотрено как объект, абстракция, то, что может быть исследовано с помощью только разума или опыта. К. Ясперс в поисках укоренённости человека продлевает границы, и проводит их из бытия-в-мире в сферу трансценденции. Содержание трансценденции – божественное, но в отличие от того же С. Кьеркегора, К. Ясперс наделяет его не религиозным, а философским смыслом. Обнаружение трансценденции возможно в условиях пограничной ситуации и чуткого отношения к миру, в котором бытие-объектом раскрывается как бытие-символом. Мир, трансценденция и экзистенция, таким образом, рассматриваются в неразрывной связи. Осмысление их возможно в философствовании, которое будучи движением мысли, помогает человеку ориентироваться в объективной действительности, осознавая при этом, что его исток находится за её пределами. В таком ракурсе философствование может быть рассмотрено как способ переживания собственной конечности и сглаживание парадоксов между временным и вечным, конечным и бесконечным.

Библиографический список

  1. Гайденко П.П. Прорыв к трансцендентному: Новая онтология XX века. – М.: Республика, 1997. – 495 с.
  2. Мудрагей, Н.С. Карл Ясперс о многоуровневой структуре сознания / Н.С. Мудрагей // Вопросы философии. – 2015. – №12. – С. 187 – 193.
  3. Сердюк Т.Г. Отношения человека с Богом как моральная ситуация в философии К. Ясперса. // Философские дескрипты. – Вып. 13. – Барнаул, 2015. – [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://philosophicaldescript.ru/?q=node/38
  4. Сердюк Т.Г. Структура ситуации в философии экзистенциализма. // Философские дескрипты. – Вып. 13. – Барнаул, 2015. – [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://philosophicaldescript.ru/?q=node/37
  5. Ставцева О.И. Понятие «экзистенция» у Шеллинга, Кьеркегора, Хайдеггера.  // Сборник к 75-летию профессора М.Я. Корнеева. Серия «Мыслители». – СПб.: 2002. – С.122-133.
  6. Черданцева И.В. Пролегомены к пониманию человека в философии. – Барнаул: Изд-во «Концепт», 2014. – 166 c.
  7. Ясперс К. Всемирная история философии. Введение – М.: Наука, 2000. - 272 с.
  8. Ясперс К. Общая психопатология. – М.: Практика, 1997. – 1056 с.
  9. Ясперс К. Духовная ситуация времени. Смысл и назначение истории. – М.: Политиздат,1991. – 288-418 стр.
  10. Ясперс К. Философская вера // Карл Ясперс. Смысл и назначение истории. – М.: «Республика», 1994. – 420 - 509 стр.
  11. Ясперс К. Философия. Книга первая. Философское ориентирование в мире. – М.: Канон+, 2012. – 384 с.
  12. Ясперс К. Философия. Книга вторая. Просветление экзистенции. – М.: Канон+, 2012. – 448 с.
  13. Ясперс К. Философия. Книга третья. Метафизика. – М.: Канон+, 2012. – 296 с.
  14. Ясперс К. Разум и экзистенция. – М.: Канон+, 2013. –  336 с.

 

References

  1. Cherdanceva I.V. Prolegomeny k ponimaniju cheloveka v filosofii [Prolegomenon to the understanding of a man in philosophy]. Barnaul, Koncept Publ., 2014. 166 p. (In Russ)
  2. Gajdenko P.P. Proryv k transcendentnomu: Novaja ontologija XX veka [A breakthrough to the transcendent: New Ontology of the XX century]. Moscow, Respublika Publ., 1997. 495 p. (In Russ)
  3. Jaspers K. Vsemirnaja istorija filosofii. Vvedenie [World History of Philosophy] – Moscow: Nauka 2000. - 272 p. (In Russ)
  4. Jaspers K. Obshhaja psihopatologija [General Psychopathology] – Moscow: Praktika, 1997. – 1056 p. (In Russ)
  5. Jaspers K. Duhovnaja situacija vremeni. Smysl i naznachenie istorii [Spiritual situation of time. The meaning and purpose of history]. Moscow, Politizdat Publ., 1991. pp. 288-418 (In Russ)
  6. Jaspers K. Filosofskaja vera.  Smysl i naznachenie istorii. [Philosophical belief. The meaning and purpose of history]. Moscow: Respublika Publ., 1994. pp. 420 - 509. (In Russ.)
  7. Jaspers K. Filosofija. Kniga pervaja. Filosofskoe orientirovanie v mire [Philosophy. The first book. Philosophical World Orientation]. Moscow, Kanon + Rehabilitation Publ., 384 p. (In Russ)
  8. Jaspers K. Filosofija. Kniga vtoraja. Prosvetlenie jekzistencii [Philosophy. The second book.  Existential Elucidation ]. Moscow, Kanon + Rehabilitation Publ., 448 p. (In Russ)
  9. Jaspers K. Filosofija. Kniga tret'ja. Metafizika [Philosophy. The third book. Metaphysics]. Moscow, Kanon + Rehabilitation Publ., 296 p. (In Russ)
  10. Jaspers K. Razum i jekzistencija [Reason and Existenz]. Moscow, «Kanon+» ROOI «Reabilitacija» Publ., 2013. 336 p. (In Russ)
  11. Mudragej N.S Karl Jaspers o mnogourovnevoj strukture soznanija. [Karl Jaspers on the layered structure of consciousness]. Voprosy filosofii [Problems of Philosophy] 2015. – №12. – P.187 – 193.  (In Russ)
  12. Serdyuk T. Otnoshenija cheloveka s Bogom kak moral'naja situacija v filosofii K. Jaspersa.[Man’s relationship with God as a moral situation in the philosophy of Karl Jaspers]. Filosofskie deskripty [Philosophical descript].Barnaul, 2015. (In Russ)
  13. Serdyuk T. Struktura situacii v filosofii jekzistencializma. [The structure of the situation in the philosophy of existentialism] Filosofskie deskripty [Philosophical descript].Barnaul, 2015. (In Russ)
  14. Stavtseva, O.I. Ponjatie «jekzistencija» u Shellinga, K'erkegora, Hajdeggera [The concept of «Existence» Schelling, Kierkegaard, Heidegger.]. – SPb.: 2002. – P.122-133.(In Russ)